Биоэкономика стремительно становится одной из значимых моделей развития XXI века, объединяя достижения генетики, биомедицины, экологии, химии и материаловедения. В условиях реализации национального проекта «Технологическое обеспечение биоэкономики» и подготовки долгосрочной стратегии ее развития особое значение приобретает согласование научных подходов и формирование научно-технологического задела для обеспечения устойчивого экономического роста и технологического лидерства.
Однако при всей динамике роста остаются открытыми базовые вопросы научной конвергенции: существует ли у биоэкономики целостная научная основа и что формирует ядро (основу) биоэкономики, где проходят границы междисциплинарного взаимодействия и какие векторы развития определят ее архитектуру в ближайшие десятилетия?

Мегасайенс-инфраструктура становится одним из ключевых инструментов технологического развития. В рамках «Федеральной научно-технической программы развития синхротронных и нейтронных исследований и исследовательской инфраструктуры на период до 2030 года и дальнейшую перспективу» в стране создается сеть из 12 уникальных установок «мегасайенс», которые позволяют по-новому исследовать структуру материи и решать задачи физики, химии, материаловедения и биомедицины.
В этом году на проектную мощность выйдет Сибирский кольцевой источник фотонов в Новосибирской области, а также 20 экспериментальных станций реактора ПИК в Ленинградской области. Эти установки дают ученым доступ к методам, которые невозможно заменить обычными лабораторными технологиями, и открывают новые направления исследований.
Какие задачи сегодня решает мегасайенс? Как такие проекты влияют на развитие науки и технологий, и может ли подобная инфраструктура стать частью промышленной политики. Какие мультипликативные эффекты дают мегасайенс-проекты?

Будущее перестало быть абстрактной категорией — сегодня оно становится объектом научного анализа и даже проектирования. Современные методы — от математического моделирования и анализа больших данных до искусственного интеллекта и теории сложных систем — позволяют не только прогнозировать, но и формировать сценарии развития общества, экономики и технологий. Научные прогнозы технологического развития страны и мира невозможны без надежных оценок, прежде всего – ресурсов и человеческого капитала. Для любого государства важно знать, что и для каких отраслей оно должно получать, чтобы было обеспечено опережающее технологическое развитие. При этом современные модели требует точных инструментов анализа и прогнозирования для инвестиционного планирования и развития новых отраслей. Цифровизация, большие данные и генеративные модели позволяют создавать прогнозируемые сценарии, повышать устойчивость национальной институциональности к внешним и внутренним вызовам.
Можно ли управлять будущим на основе научного знания? Какие научные методы реально работают в прогнозировании сложных систем? Каковы ключевые цифры в таких прогнозах? Как экономисты оценивают эффективность науки и технологий (эффективность расходования бюджетных средств на эти задачи)? Кто сегодня «проектирует» будущее — государства, корпорации или научные центры?
Однако, множество экономических процессов остаются недостаточно предсказуемыми из-за сложности локальных и глобальных факторов. Что тормозит принятие своевременных и эффективных решений? Какие научные и цифровые инструменты созданы для моделирования экономических сценариев? Какова интеграция данных для точного прогнозирования макроэкономических и отраслевых процессов?
 
Научное и экономическое прогнозирование технологического развития остается одной из ключевых задач современной науки и государственного управления. При этом сложность глобальных и локальных процессов, а также высокая неопределенность в динамике ресурсов, технологий и человеческого капитала ограничивают точность существующих моделей.
В этих условиях особое значение приобретают методы анализа сложных систем, позволяющие повысить надежность долгосрочных прогнозов и качество инвестиционного и стратегического планирования. Какие подходы сегодня действительно работают в прогнозировании будущего? Какие параметры становятся критическими для оценки сценариев развития? И кто фактически формирует образ будущего — государства, корпорации или научные центры?

Современная наука впервые в истории подошла к моменту, когда человек становится не только объектом изучения, но и объектом управляемых изменений. На рубеже новых научных открытий человечество сталкивается с фундаментальным сдвигом: биологические ограничения, определявшие развитие цивилизации, начинают пересматриваться. Управление мозгом, вмешательство в процессы старения, развитие нейротехнологий и понимание механизмов сознания формируют новую реальность, в которой человек становится проектируемой системой. А увеличение продолжительности жизни перестает быть единственной целью науки — на первый план выходит качество и управляемость процессов старения. Исследования мозга, нейродегенеративных заболеваний и иммунной системы открывают возможности не только замедления старения, но и сохранения когнитивных функций на протяжении всей жизни. При этом мозг человека всё чаще рассматривается как сложнейшая биологическая платформа, принципы работы которой становятся основой для развития искусственного интеллекта, нейротехнологий и новых рынков. Готово ли общество к тому, что управление жизнью, сознанием и продолжительностью жизни становится технологической задачей? Сможет ли человечество управлять собственным сознанием так же эффективно, как сегодня управляет технологиям? Является ли управление мозгом и биологией человека фактором глобальной конкуренции?
(Нейронаука, иммунология и биомедицина формируют новую реальность, в которой возможно вмешательство в когнитивные процессы, замедление старения, управление нейродегенерацией и создание нейроинтерфейсов, расширяющих возможности человека.)

2026 год объявлен в Российской Федерации Годом единства народов России указом Президента Владимира Путина. В его основе — укрепление дружбы, национального согласия, сохранение культурного многообразия и традиций более 190 этнических групп, проживающих в стране, что соответствует новой Стратегии государственной национальной политики на 2026–2036 годы.
Историко-культурное наследие является фундаментом не только национальной идентичности, но и важным ресурсом для науки, образования, социальных институтов и экономики. В этих условиях возрастает значение комплексного анализа взаимосвязи исторического базиса и надстройки, включая влияние культурно-исторического кода, этногенетических и социальных факторов на формирование современных общественных и производственных отношений.
Что сегодня является базисом: экономика, технологии или культура? Насколько устойчиво деление на базис и надстройку в современной науке об обществе? Меняется ли сам базис под влиянием надстройки — и где граница между ними?
Что первично в формировании современного общества — материальные или культурные факторы?
Как цифровизация, технологии и культура меняют соотношение базиса и надстройки?
Становятся ли знания, культура и идентичность частью нового базиса?
Можно ли управлять базисом через инструменты надстройки?